rubashkaБольшой, оранжево-рыжий диск солнца выкатился из-за сопок и белый снег, голубого небесного оттенка заиграл рыжими искорками на сугробах. На дворе стоял декабрь и ласковые лучи солнца, как ни старались, но согреть уже никого не могли. В военном гарнизоне наступало утро. У военных оно уже началось давно, еще затемно, а вот поселок только начинал просыпаться. Местные торгаши стекались к рынку, чтобы разложить свой товар. Открывались двери магазинов. Еще полчаса и появились первые покупатели.
Заведующий гарнизонным универмагом Владимир Иосифович, обошел свои владения и осмотрел товар беглым взглядом. Это у него была стандартная ежедневная процедура за 10 минут до открытия универмага. Особых изменений в ассортименте он не заметил, все, как всегда. Обувь фабрики «Скороход», женское бельё фабрики «Большевичка» и целая вешалка мужских зимних пальто фабрики «Красный пролетарий».
Продавщица развешивала на плечики мужские рубашки очень похожие на байковые. Иосифович подошел ближе и поинтересовался: — Что за товар? Продавщица ответила: — А вы разве не помните, позавчера вечером привезли китайские рубашки. Похожие на байковые, но тонюсенькие, почти разового пользования. Да и пошив какой-то левый, видно невооруженным глазом по пляшущим строчкам. Одним словом, ширпотреб. Повесьте с десяток на плечики и раздайте столько же по отделам, пусть разложат на видных местах: — сказал завмаг и про себя подумал: -да, с таким ассортиментом мы плана не сделаем…
Открыв двери универмага Владимир Иосифович вышел на крыльцо подышать свежим воздухом. Как не проветривай торгующий зал все равно запах галантереи оттуда не исчезает, а он в последнее время очень будоражил обоняние завмага. Напротив, универмага бойко шла торговля мандаринами, на спонтанно созданном лотке из ящиков. С торговлей справлялись двое, женщина – она же и продавщица, и мужчина средних лет, который уносил пустые ящики и подвозил полные с мандаринами. По всей видимости они уже торговали более 2-х часов, так как увозя пустые ящики мужчина полных уже не подвозил, и горка с ящиками заметно уменьшалась. Зато очередь за мандаринами за несколько минут выросла почти вдвое и явно было заметно, что последним мандарины могут не достаться.
Вдруг из конца очереди кто-то прокричал: — Товарищ продавец, отпускайте в одни руки не более 1 килограмма мандарин. Очередь, особенно стоящие в конце, загудела: — Да, чтобы народ зря не мерз. Больше уже никто не занимает. Продавщице было глубоко по барабану по сколько продавать, она прекрасно знала, что еще максимум час и мандарины кончатся. Она буркнула: — да хоть по сто грамм, как решите. К продаже подключился мужчина, который отвозил ящики, и дело у них закрутилось быстрее.
Поднявшись в свой кабинет, Владимир Иосифович вызвал к себе старшую продавщицу и сказал: -Передайте в каждый отдел, где есть на реализации китайские рубашки, чтобы написали крупным шрифтом вывеску в отделе: БОЛЕЕ ОДНОЙ КИТАЙСКОЙ РУБАШКИ В РУКИ НЕ ОТПУСКАТЬ . И подпись «Администрация». Да за каким это нужно, их и так никто не берет: -возразила старшая продавщица, но завмаг настоял на своем. Не прошло и двадцати минут, как в кабинет к завмагу ввалился тучный мужчина с возгласами: — нас в семье двое мужиков и что мы должны одну рубашку на двоих носить? Безобразие и только. Ну хорошо,- ответил завмаг: -для вас в виде исключения и вырвав листок из блокнота, что-то на нем написал, а для пущей важности еще и поставил военторговскую печать. Осчастливленный покупатель снося все и всех понесся с этой бумажкой в зал. Владимир Иосифович глубоко вздохнув, опустился в кресло и только он потянулся за чашкой с кофе, как в его дверь снова постучали. На этот раз была пожилая дама, она все охала и ахала, как ее два сына близнеца из выпускного класса средней школы будут делить одну рубашку, не говоря еще и о муже, который бы тоже не прочь порадоваться обновке. Как многодетной матери ей завмаг выписал бумагу на пять рубашек. Женщина еще немного помялась и попросила, а нельзя ли еще и разного цвета. Что же это они у меня будут как инкубаторские ходить: -возмутилась она. Ну знаете,- ответил Владимир Иосифович: — это уже слишком. У нас же не рынок, а государственное торговое учреждение. Выходя дама чуть прикрыла входную дверь в кабинет завмага, и он заметил, что к нему уже выстроилась немаленькая очередь.
Он снова вызвал старшую продавщицу, и они внесли корректировку в вывеску по продаже рубашек. Уже в одни руки можно было давать по две рубашки, но только одного цвета, многодетными матерям еще к каждой приплюсовали по одной рубашке, Героям Советского Союза, ликвидаторам аварии на Чернобыльской АЭС, ветеранам афганцам и лицам, приравненным к ним было определено по 4 рубашки разной расцветки. Очередь в кабинет к завмагу не убавлялась. Ему еще ни разу не приходилось так тесно общаться с населением.
До обеда было продано, немногим больше половины рубашек. После обеда очередь за рубашками начиналась недалеко от крыльца универмага. Кофе в этот день на столе Владимира Иосифовича так и осталось не тронутым. Недовольный спонтанно выставленным социальным нормам народ все также толпился у дверей завмага. Такого ажиотажа Владимир Иосифович не помнил со времен продажи джинсов пошива Тверской фабрики.
Рабочий день подходил к концу. За два часа до закрытия универмага рубашки закончились, но народ все подходил и тупо шарился на вешалках в поисках завалявшейся никем не замеченной рубашонки. Уходя с работы каждая продавщица отдела взяла себе по три рубашки. Вызвав к себе старшую продавщицу Владимир Иосифович попросил ее, чтобы для него упаковали пять рубашек разной расцветки и 42 размера по воротнику. Забирая пакет с рубашками, Владимир Иосифович подумал: — маркетинг маркетингом, но чем черт не шутит.

Share
Советуем прочесть...  Формула мыла.
Яндекс.Метрика